Противостояние эйджизму и дилемма старения. Литературная геронтология и поэтическое воображение: от Баранской до Марининой

Аннотация

Литературная геронтология – сравнительно новая область науки, которая занимается осмыслением, анализом и изучением социальных, культурных и биологических ожиданий и эйджистских стереотипов, связанных со старением и старостью. Эта область подвергает сомнению существующие репрезентации старения и старости, дряхлости и деменции, повседневного опыта пожилых людей, форм их виктимизации, а также семейных отношений, бросая вызов искаженным представлениям об этих явлениях. Исследования в сфере литературной геронтологии предполагают изучение как внешних, так и внутренних перспектив социальной геронтологии и их воплощения в литературной и лингвистической формах. С одной стороны, данные перспективы могут включать в себя дистанцированные теоретические дискурсы – представления с точки зрения геронтологии, биологии, демографии, психологии, философии и т. д. С другой стороны, рассматриваются и дискурсы, в основе которых лежит субъективное и эвристическое знание: дневники, автобиографии, проза, поэзия, а также распространенные поговорки и афоризмы.
  В данной статье российские культурные стереотипы, связанные с конструктами старения, рассматриваются через призму эриксоновской психосоциальной теории, разоблачающих эйджистские заблуждения идей Ольги Красновой, положений Всемирного доклада ООН о старении и здоровье, а также поэтического воображения, которое находит отражение в литературном и лингвистическом дискурсах. Литературный дискурс представлений о старении проявляется в характере ярких художественных образов – пожилых мужских и женских персонажей художественной литературы. Лингвистический же дискурс представлен на таком материале, как пословицы и поговорки. Так, например, в рассказе Натальи Баранской «Проводы» (1968) читателям предлагается оценить, какое влияние выход на пенсию оказывает на идентичность героини. Роман Александры Марининой «Призрак музыки», опубликованный в 1999 году, демонстрирует радикальную альтернативу образу пожилой женщины-жертвы. У Ирины Муравьевой и Людмилы Улицкой пожилые женщины представлены как мучительницы. В то же время в рассказе Людмилы Петрушевской «Мост Ватерлоо», (1995) (как и у Людмилы Улицкой в рассказе «Второго марта того же года», 1991) поэтическое воображение предстает как агентность и вызов эйджистским стереотипам, навязанным культурой общества. Нарративы же Дениса Драгунского и Татьяны Толстой демонстрируют, как пожилые персонажи-мужчины воображают альтернативы старения и умирания, мысленно обращаясь к прошлому и будущему.

Эссе на английском языке

DOI: 10.25285/2078-1938-2020-12-2-146-168